Рубрика: Статьи

Читать далее

Окно Овертона наоборот

Недавно один информационно-новостной ресурс отклонил мой материал. Ситуация рядовая, однако меня она натолкнула на определенные размышления по этому поводу.

СМИ по принципу работы сегодня делятся на две категории: первая целенаправленно задает вкусы своей целевой аудитории, то бишь внушает людям, что им нравится смотреть/читать/слушать, формируя таким образом тренды, вторая, более или менее независимая, борется за целевую аудиторию, которая уже приняла заданные ей вкусы, искренне считая их своими,  так что все, что остается делать подобным СМИ — это придерживаться трендов.

У меня, как у птицы свободного полета, на этот счет своя точка зрения. Я в своей работе пытаюсь пропихивать крупицы здравого смысла и что-то полезное, но при этом прикрываюсь трендом, чтобы читали. Зачем мне это нужно? Потому что я журналист старой закалки, который еще помнит, как когда-то работали, потому что не хочу смотреть на дебилизацию средств массовой информации и стоять при этом в стороне.

Читать далее

У каждого есть свой Нью-Йорк

Уютно закутавшись в плед сижу на широком стеганом диване, заваленном подушками и пропахшем мандаринами. Коричневая кожа и бежевый бархат. На широком подоконнике в горшках из необожженной глины горделиво сидят реликтовые деревца, любовно выращенные мной из семян. За окном, через забранную к потолку алую штору на фоне кремовых гардин — мирная жизнь старого московского дворика, а за ним — агрессивная динамика современной Москвы. Добротная деревянная мебель, контрастирующая с грубой штукатуркой темно-серых стен. Тут и там расставлены статуэтки, шкатулки, вазы, камни, свечи, свезенные со всех уголков земного шара. Рядышком загадочно поблескивает канадская елка. На полу старый паркет, я не хочу его менять. Мне нравятся звуки скрипящих половиц, это придает атмосферности.

Моя гостиная немного напоминает Нью-Йорк, она такая же эклектичная, уютно-строгая, упорядоченная, но и не лишенная налета хаоса.

Читать далее

Тайм-менеджмент по Фаренгейту

У представителей моего поколения, рожденных в 80-е, есть одна странная особенность — для нас ключевое, наиважнейшее значение имеет наличие в нашей жизни людей, готовых в любое календарное время года, в любое время дня и ночи, в любой географической точке твоего присутствия бросить все дела и приехать к тебе по звонку просто так, без повода, просто потому, что для тебя стало важным, чтобы к тебе кто-то по какой-либо твоей психологической надобности приехал. Таких людей мы называем свои.

Это очень жизнеутверждающий для нас фактор — наличие своих. Если они есть — значит, живешь правильно, если нет — все плохо, ты — лох.

Мы живем очень регламентированно — дом, работа, бытовуха. Заработать на Турцию, оплатить ипотеку, сменить резину, починить кран на кухне, а потом — галопом на диван к Вечернему Урганту, запланировав поход в кино на выходных. И так — каждый день, неделя за неделей, год за годом до того самого момента, когда понимаешь, что наступило время подводить итоги — чем жил, чего добился, какие воспоминания скрашивают старость, заставляя счастливо улыбаться своим мыслям. И вот тут-то зачастую оказывается, что все самое лучшее, что приходит в голову, сосредоточено в молодых годах, а вот с началом быто-семейно-карьерного этапа этого самого лучшего становится все меньше и меньше.

И тут в подавляющее большинство седых голов всего мира закрадывается самая страшная мысль на свете — ты сделал все не так, но изменить это уже поздно. Бьет эта мысль наотмашь, как есть.